не поверил: чтоб турок да... А потом вспомнил нашего соседа Сулеймана в Карсе: три раза он меня, бабушку твою и дядю твоего у себя прятал. А знаешь, как это опасно было? Поймали бы, так и его с нами угнали... Гюли-баджи вспомнил, жену Сулеймана. Она душу нам отдавала, вместе с бабушкой твоей слезы лила и подбадривала нас. Одним словом, нашел я тогда эту толстую тетрадь и две ночи еще, глаз не сомкнув, переписывал в нее из книжки. Ведь саму книжку-то я вернуть был обязан, а в ней всего больше про резню в моем уезде... Вот такая история... А теперь я эту книжку тебе отдаю и даже думаю, что для тебя-то я ее и переписал, хотя в сорок четвертом тебя еще и в помине не было... С турками мы много веков рядом жили и обречены жить до самого Страшного суда. Знаю, сколько горя они нам причинили, но ведь и этот человек — турок, Сулейман и Гюли-
баджи тоже турки. Стало быть, и такие среди них были. Страна не дом на двух соседей: с соседом не поладил, продай свою половину и переезжай на другую улицу, в другой город, другой дом... Соседи... Ох, как трудно, сынок, соседом назвать того, кто ворвался в твой дом, убивал, грабил, насиловал, безжалостно отнял твой дом, землю, историю... Но... Но что поделаешь, сынок, мы бок о бок живем, вынуждены жить до самого Страшного суда... Тут еще кое-что имеется. Из дневника той датчанки, тоже половина про Харберд. Помнишь? Варужан книгу из Бейрута привез, я несколько страниц переписал... Но главное все же Недим-бей... Храни получше...»
«Эту тетрадь ты должен был передать Варужану»,— сказал Арам деду.«Он не просил, я и не дал».«Откуда он мог про нее знать? Я ведь тоже не просил...» «Да он хоть раз про мою жизнь спросил?.. А ты с ноготок был, уже лепетал: дедушка, а ты Арарат с той стороны видал? Помнишь песню «Вставай, малыш»?.. Варужан даже от имени своего деда отрекся».
Арам знал, что по-настоящему-то Варужана звали Вачаганом, именем отца деда Ширака,— дед, кстати, к нему только так и обращался. А тут в голове деда Арам уловил горечь и боль.
«...Но книгу той датчанки Марии он мне привез из Бейрута, спасибо. Книга в моей комнате.