лицо? Если б так было, мы б их живо всех переловили. А то глядишь: люди как люди». Да, сержант,.видать, добросердечием не отличается. «Я просто так заглянул. Гулял, смотрю, красивое здание, вот и вошел...» Сержант прямо-таки взвился: «Ступай, ступай — пей свою минеральную воду, милиция не музей, чтоб каждый совался! Красивое здание, видишь ли!» К счастью, в этот момент зазвонил телефон, и сержант быстро схватил трубку: «Сержант Барикян слушает. Да... Да... Не знаю, начальник будет через час... Да... Нет...» Еще какую фамилию носит — Барикян!1 — усмехнулся Варужан про себя и, пока сержант говорил по телефону, поспешил удалить-
ся. И почему здание милиции выстроили на краю ущелья, да еще из белого камня? На улице Варужан вдруг почувствовал, что весь взмок. Жарко или это он со страху? Сержант Барикян... Хм... Нет уж, имя и фамилию человеку должны давать не при рождении — пусть вырастет, поглядят, что из него вышло, а уж потом... Нехитрая мысль. Видно, из какой-нибудь нравоучительной книжки... Варужан влился в толпу, уже выпившую минеральную воду. Пошел в потоке. Одна из лучших разновидностей одиночества — это растворение в толпе. Вокруг люди — лица, ноги, тела, дыхание, кашель, разговоры, а ты ко всему этому не имеешь никакого отношения.
Самое острое чувство одиночества пережил он в Нью-Йорке. Ощутил, что любой человек в этой людской сутолоке — ничто, нуль в полном смысле слова. На глазах Варужана машина сбила женщину. Та упала, закричала, по асфальту расползлось алое пятно. Но никто из прохожих даже не замедлил шага. Двое только мельком взглянули. Тут же появилась полицейская машина; потом подъехала другая — с красным крестом, и женщину водрузили в нее. Все длилось
минуты три-четыре.Когда-то люди, ища одиночества, уходили в пустыню, в глубь леса, в монастырскую келью, а теперь — пожалуйста, поезжай в большой город, там тебя никто не знает, и ты не знаешь никого. Чем больше город, тем совершеннее чувство одиночества — так наслаждайся им вовсю! Почему ему вдруг опять вспомнилось лицо той женщины у окна библиотеки? Почему с глаз ее слетело оцепенение, когда она увидела