О, ты найдешь больше, чем я! Не по три, а по шесть часов в день будешь смотреться в зеркало. Не будешь слышать моего ежедневного ворчания, будешь регулярно ходить на каратэ,— может быть, твой тренер в конце концов тебя и каратэ тоже научит. Хотя не думаю, чтобы ты в этом нуждалась. Ты и без того мастер по каратэ... как его... Брусли. Ты всегда бьешь по самому больному...— Он сам себе был уже противен, но снежный ком, катившийся вниз, задерживать не стал.— Выучишь английский или японский, непонятно зачем. И главное...— он помолчал зло и многозначительно,— возвращаясь поздно ночью домой, не должна будешь сочинять, что была у портнихи. Плохо ли?.. А что ты теряешь?
Всего-навсего меня...
— А ты? — Хоть бы уж она закричала, наговорила резкостей, ведь говорила же! — А ты, значит, ничего не теряешь? Я тебя поняла.Спасибо.
— Я себя потерял. А ты — ничего. Теряют то, что имели. Я тебя не имел, ты меня — тем более...
— А наш дом? Сколько лет мы все это наживали...
— Хочешь сказать — квартира, мебель, посуда? Это все твое. Мари. Я заберу только книги и стол того человека...
В это время в коридоре зазвонил телефон.
Переглянулись, но никто из них не встал. Звонок повторился и показался на сей раз длительнее, тревожнее и важнее первого. Мари встала, двинулась к двери.
— Меня нет дома,— хмуро бросил ей вслед Варужан.— Ни для кого.
Уедет и хоть месяца на два избавится от бесконечных звонков, бессмысленных разговоров. В гостиничном номере он даже радио выключит. Перспектива эта показалась ему очень заманчивой...
— Тебя! — крикнула Мари из коридора. Злость наконец нашла повод для выхода.
— Что я тебе сказал?! Мари вошла:
— Это Мигран, я не могла соврать. Мигран?..
— Какой еще Мигран?..
— Твой бывший товарищ... Малумян. Я его по голосу едва узнала. Наверно, болен.
— Тебе надо было быть сестрой милосердия.— Он поднялся и поволок ноги в коридор, зажигая на ходу сигарету, которая не хотела зажигаться.
Рухнул в кресло, стоявшее возле телефонного столика, придвинул к себе пепельницу и только затем взял в руки трубку.
— Да, я слушаю.
— Добрый вечер,