ХАЙСМИТ
НЕЗНАКОМЦЫ В ПОЕЗДЕ
роман

Глава I
Поезд выстукивал на рельсах меняющийся ритм. Останавливаясь на станциях, делающихся все меньше и все чаще расположенных, он терпеливо выжидал несколько секунд, а потом снова двигался в прерию. Однако трудно было заметить, что он продвигается вперед, поскольку за окнами все время волновался один и тот же пейзаж — словно огромное выцветшее розовое полотнище, которое кто-то лениво встряхивает. Чем быстрее мчался поезд, тем более размашистым и вызывающим казалось это волнение.
Гай отвел взгляд от окна и уселся поудобнее. В лучшем случае, думал он, Мириам отсрочит развод. А может, ей нужны только деньги? Удастся ли когда-нибудь получить ее согласие на развод?
Ненависть лишила его способности ясно рассуждать. Он осознал, что мысли убегают в тупик, вместо того чтобы идти по дороге, которую проложила логика, когда он раздумывал над этим делом в Нью-Йорке. Образ Мириам, к которой он приближался с каждой минутой, розовой и веснушчатой от солнца, излучал болезненный жар — так же, как прерия за окном.
Он машинально потянулся за сигаретой и в десятый раз вспомнил, что в пульмановском вагоне курить не разрешается. Несмотря на это, он вытащил из пачки сигарету и, постукивая ею о стекло часов, отметил, что сейчас двенадцать минут шестого — будто сегодня это имело какое-то значение. Сунул сигарету в угол рта и наклонил голову над прикрытой ладонью спичкой. Потом точно так же прикрыл сигарету и медленно, глубоко затянулся дымом. Завораживающий своей монотонностью вид за окном ежесекундно искушал его взгляд. Мягкий воротничок рубашки был слишком высоким. Сумерки превращали окно в зеркало, и Гай видел свое отражение: белый ободок под подбородком напоминал моду девятнадцатого века — так же, как пушистые черные волосы, высоко зачесанные надо лбом и прилизанные сзади. Эта прическа и длинный нос придавали ему выражение сосредоточенности и как бы разбега, однако густые прямые брови и форма губ производили впечатление спокойствия и сдержанности. На нем были фланелевые брюки (которым пошла бы на пользу глажка) и темный пиджак — слишком