эпохи. Его наибольшее до сих пор творение комплекс зданий клуба «Пальмира» в Палм-Бич кто-то не без основания назвал «американским Парфеноном»...
Внизу страницы было примечание:«Уже после сдачи данной статьи в набор мы узнали, что Гай Дэниел Хейнс иключен в Комиссию советников строительства моста в канадской провинции Альберта. Как говорит сам Хейнс, его всегда интересовали мосты. Архитектор предвидит, что это строительство доставит ему в последующие три года много работы и счастья».
«Счастья!» — повторил он про себя. Откуда им пришло в голову это слово?Часы пробили девять, когда Гай в такси пересекал Мэйн-стрит в Хьюстоне. В аэропорту он нашел в телефонном справочнике фамилию и адрес Оуэна Марк-мена, сдал чемоданы в камеру хранения и сел в такси.
Он отдавал себе отчет в том, что задание вовсе не будет простым. Не так легко в девять часов вечера прийти к кому-нибудь, тем более — если даже предположить, что он будет дома и один — склонить выслушать незнакомого человека. Наверняка окажется, что Оуэна нет дома, или он сменил квартиру, или даже уехал из Хьюстона. Может, его нужно будет искать несколько дней.
— Пожалуйста, остановитесь перед этим отелем,— сказал Гай таксисту.
Он вышел и заказал себе номер. Это привычное действие прибавило ему уверенности. Оуэн Маркмен уже не проживал на Клебурн-стрит. В холле небольшого дома лица, которых он расспрашивал — среди них также смотритель,— относились к Хейнсу с подозрением и скупились на информацию. Никто не знал, куда переехал Оуэн Маркмен.
— А вы случаем не из полиции, а? — спросил наконец смотритель. Гай невольно улыбнулся.
— Нет!
Он уже выходил, когда какой-то мужчина остановил его на ступеньках и, осторожно шепнул, что он, вероятно, застанет в это время Оуэна Маркмена в одном кафетерии в центре города.
В конце концов Гай его обнаружил. Маркмен сидел в обществе двух дам, которым, однако, не представил Хейнса. Он лишь сполз с высокого табурета у стойки и встал выпрямившись, с широко раскрытыми от удивления глазами. Его вытянутое лицо казалось более полным и не таким привлекательным, каким помнил его Гай. Маркмен