током из испорченной розетки в ванной или отравление окисью углерода в гараже?
— Ну так сделайте, только не говорите об этом.
— Сделаю, сделаю, можете быть спокойны. Знаете, что я когда-нибудь сделаю? Когда жизнь мне опротивеет, я совершу самоубийство, но так все подстрою, чтобы оно походило на убийство, а все улики будут указывать на моего злейшего врага.
Гай смотрел на него с отвращением. Ему казалось, что фигура Бруно размазывается, словно расплывается. Остался только голос и дух, злой дух. Бруно воплощает собой все, что я презираю, подумал он. Он является или будет тем, чем я бы ни за что не хотел быть.
— Если хотите, я спланирую вам идеальное убийство жены. Может, вам это пригодится.— Бруно извивался от волнения под суровым взглядом Хейнса.
Гай встал.
— Мне нужно немного пройтись. Бруно внезапно хлопнул в ладоши.
— У меня идея! Окажем друг другу услугу: я убью вашу жену, а вы моего отца. Мы встретились в этом поезде случайно, никто не будет знать, что мы знакомы. Железное алиби! Соображаете?
Стена у Гая перед глазами ритмично пульсировала, словно в любую минуту могла развалиться. Убить! При одном звуке этого слова его охватили отвращение и страх. Он хотел удрать от Бруно, убежать из этого купе, однако ноги, как в кошмарном сне, отказывались его слушаться. Он пытался овладеть собой, успокоить дрожащую стену, понять смысл слов Бруно, в которых почувствовал какую-то неопровержимую логику, как в математической задаче или головоломке.
Испачканные никотином пальцы Бруно подпрыгивали, подрагивали на его коленях.
— Железное алиби! — крикнул он.— Самая гениальная идея в моей жизни! Вы понимаете? Я укокошу вашу жену в один прекрасный день, когда вас не будет в городе, а вы укокошите моего папочку в один прекрасный день, когда меня не будет в городе.
Хейнс понял. Никто никогда не докопался бы до правды.
— С большим удовлетворением я бы прервал карьеру такой Мириам, чтобы облегчить карьеру такому человеку, как вы,— со смехом бормотал Бруно.— Признайте, что легче ее прикончить, чем позволить, чтобы она отравила жизнь многим порядочным людям. Да