превратившись в сторонних наблюдателей, теперь горячими возгласами подбадривали состязавшихся.
— Моя! — вдруг завопил радостно Байсахат, когда в его руке оказалась коротенькая палочка.
Рыжебородый бандит разжал свои ладони, и все увидели, что оставшиеся у него в руках палочки длинные.
— Все по обычаю. Все справедливо,— утвердил своим словом выбор судьбы Аташир-эфе.— Бери свою рабыню и уходи отсюда,— приказал он Байсахату.
Все было кончено. Все усилия Довлета по спасению прекрасной пленницы оказались тщетными. И то, что он сделал для этого все, что было в его силах, Довлета никак не утешало.
Услыхав окончательный приговор деда, он безвольно опустился прямо на землю. Побледневшая Дильбер вскрикнула и упала на руки подхватившей ее пышноволосой женщины.
Лишь Гочмурат отнесся к своему проигрышу с полным безразличием: себя он предостерег от вполне возможного обвинения в трусости, а несчастная пленница его мало интересовала...
Байсахат подбежал к Дильбер, вырвал ее из рук сострадательной женщины и поволок из оврага в сторону своей юрты. Побежавшую за ней младшую сестренку перехватил рыжебородый аламанщик и отшвырнул назад, в толпу пленниц.
Жительницы селения, оказавшиеся свидетельницами этой сцены, громко зароптали, послышались и грозные выкрики видевших, как разлучают сестер, мужчин. Маленькая девочка вновь устремилась к сестре, и вновь ее перехватил рыжебородый, она забилась в его могучих ручищах, оглашая овраг пронзительным криком, полным отчаянья...
— Аташир! — вдруг раздался громкий, хотя и надтреснуто-старческий голос.— Это говорю тебе я, Заман-ага! Я шел в мечеть, вымаливать у аллаха прощения, чтобы он не обрушил свой гнев на все селение за злодейства твоей шайки. Ораз-хан оставил здесь меня за себя. Но над вами нет власти ни хана, ни аллаха. Одна лишь выгода власть имеет над вами... Если ты, Аташир, дошел до того, что у тебя нечего больше есть, то возьми у меня баранов, возьми вот эти деньги,— выхватил почтенный яшули из-за пояса мешочек с монетами,— но не смейте разлучать сестер. Ты меня слышишь, Аташир?
— Слышу,— спокойно ответил