и наше сблизились»,— ответил он взглядом Молланепесу.
— Если поддержат тебя и наши ханы, светлый шахзаде, Иран ты захватишь с ходу! — продолжал ликовать Тангрына-зар-бай.— Ты достойный предводитель, за каким можно и нам последовать...
— Мы идем за тобой, принц,— вынес свое решение правитель Серахса.
— Слово текинцев Ахала уже дано принцу,— сказал Гараоглан-хан.— Нас только тревожит: отчего молчит на совете такой прославленный старый витязь как Аташир-эфе? — вдруг обратился он к деду Довлета.— Что скажешь нам ты?
— Скажу, что народ мельчает! Что все вы слепцы! — вдруг гневно выкрикнул Аташир-эфе.— То, что собрались вы делать, хоть самих устраивает? А?.. С кем вы хотите якшаться? От некоторых я лучшего и не ожидал. Но ты-то, Гараоглан, Говшут, Ораз, в своем ли вы уме?.. Вы заводите дружбу с нашим кровным врагом!.. Почему не жить вам по-старому, не обходиться заботами собственных народов? А?..
Слова Аташира-эфе ошеломили всех. Даже мятежный принц не разгневался, а только удивленно взглянул на старого воина. И впервые в жизни не принял слов деда Довлет. Эти люди задумали такое большое и справедливое дело, а его дед... Довлет взглянул деду в лицо, но не увидел на нем и тени раскаяния...
— Э-да, Аташир,— после долгого всеобщего угрюмого молчания заговорил Гараоглан-хан.— Как известно, неошибающихся людей на свете не бывает... Положим, что все мы тут ошиблись. Теперь скажи: как нам лучше поступить?
— А так, как раньше! И нечего тебе, Гараоглан, связываться с принцем кизилбашей!..
— Аташир! — сурово прервал его Ораз-хан.— Если ты предал забвению вежливость, это твое дело. Но у туркмен существуют священные правила уважительного отношения к гостю.
Аташир-эфе, обычно не оставлявший без должного отпора ничьих выпадов против себя, на этот раз, на удивление всем, кто знал его, не стал спорить. И, стремясь показать, что он чтит законы гостеприимства, постарался смягчить свой резкий и хриплый голос насколько мог.
— Принц, не обижайся на мои слова,— сказал он, обращаясь к Салару.— Но теперь, когда решается судьба моего племени, я должен говорить